НОВОСТИ    РАССЫЛКА    БИБЛИОТЕКА    НОВЫЕ КНИГИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    КАРТА САЙТА    ССЫЛКИ


предыдущая главасодержаниеследующая глава

7. Зимняя кампания 1708/09 г. Героическая оборона Полтавы. Полтавская победа - торжество стратегии Петра I

После разгрома Левенгаупта Карл рассчитывал поправить положение своей армии за счет помощи, обещанной ему предателем Мазепой. Он направил часть войск для занятия Стародуба, но было уже поздно - в Стародуб вступил отряд Инфлянда.

10 октября Карл двинулся к Стародубу уже с главными силами. 13 октября у Рохова к нему присоединились остатки корпуса Левенгаупта. 16 октября шведская армия достигла Стародуба, но штурмовать его не решилась. Шереметев, узнав о движении шведов, сам выступил к Стародубу и к приходу Карла ввел в город две дивизии русской пехоты; третья дивизия была в Погаре, восточнее Стародуба.

Не успев захватить Стародуб, Карл пытался занять главный город Северского края Новгород-Северский. Он направил туда отряд Крейца, а затем двинулся и сам. Однако и здесь Шереметев его упредил - отряд Инфлянда уже занял Новгород-Северский.

Шереметев успешно выполнил приказ Петра, в котором Петр требовал: "всеми силами береги, чтоб неприятель не вошел вглубь в Черкасские города (а в Великороссийские не так, понеже хотя б и вошел, там нечего делать)"*.

* (Письма и бумаги императора Петра Великого, т. VIII, стр. 214.)

К прежним неудачам шведов присоединилась новая - Северский край, в котором Карл рассчитывал иметь для своей армии зимние квартиры, захватить не удалось.

Кроме того, население Украины встречало шведов не как союзников, на что рассчитывал Карл XII, а как врагов.

Петр писал Апраксину 6 октября: "Король стоит еще на границе Черкасской и посылал с прелестными письмами. Но сей народ за помощью Божиею зело твердо стоят и письма приносят, а сами бегут в городы и леса, а деревни все жгут"*.

* (Там же, стр. 183.)

Укрепленные украинские города и местечки беспрепятственно впускали русские гарнизоны. Население с воодушевлением самоотверженно помогало русским войскам. А где не было русских гарнизонов, украинское население городов и казаки самостоятельно обороняли свои города и села. Украинцы, так же как и белорусы, прятали или уничтожали продовольствие, сами уходили в леса. Развернулась широкая партизанская война.

Шведские фуражиры уничтожались крестьянами. Продовольственное положение истощенной шведской армии не улучшалось, она продолжала голодать. Сейчас Карл основную надежду на успешное окончание похода возлагал на присоединение к нему Украины, в чем его уверял Мазепа. Без этого положение его армии во враждебной стране становилось критическим.

Французский посол при Карле XII доносил во Францию: "Скажу прямо: если украинский народ не поддержит шведского короля, я не вижу никакой возможности для него закончить счастливо войну".

Карла ждало новое разочарование.

Петр I после разгрома Левенгаупта под Лесной направил всю бывшую у него конницу под командой Меншикова на юг, на Украину. По замыслу Петра, не подозревавшего о готовящейся измене Мазепы, Меншиков должен был, соединившись с войсками гетмана, препятствовать распространению шведов южнее р. Десна. Появление конницы Меншикова привело Мазепу в ужас. Он, полагая, что измена его открыта, перестал колебаться и перешел открыто на сторону шведов.

К этому времени силы украинских казаков были рассредоточены так: 9000 действовали вместе с русской армией севернее р. Десна, 3000 были посланы по приказу Петра на Волынь против поляков Лещинского. У Мазепы оставалось не более 10 000 казаков. В ожидании прихода шведов он собрал большие запасы продовольствия в своей столице Батурине, в Ромнах и Гадяче. В Батурине были сосредоточены еще запасы пороха и свинца.

Схема 11. Борьба на Украине (1708-1709 гг.)
Схема 11. Борьба на Украине (1708-1709 гг.)

С приближением Меншикова Мазепа оставил пятитысячный гарнизон в Батурине с полковником Чечелем во главе, а сам выступил к реке Десна с отрядом около 5000 казаков.

О готовящейся измене знали лишь немногие из старшины, близкой к гетману. Остальная масса казаков считала, что Мазепа ведет их против вторгшихся на Украину шведов. Мазепа переправился через Десну и, только встретив шведский отряд, объявил казакам о переходе на сторону Карла XII. Для казачьей массы отряда измена гетмана была полной неожиданностью, и она вначале осталась послушной ему. Не нашлось человека, который мог бы возглавить сопротивление шведам, окружившим казачий отряд.

За три дня, пока отряд двигался на соединение с главными шведскими силами, подавляющее большинство казаков бежало, гетман привел к Карлу не более 1000 человек. Это были в большинстве непосредственные приближенные Мазепы, казачья старшина и их слуги; рядовых казаков почти не осталось.

Появление в шведском лагере Мазепы с кучкой старшины было большой неожиданностью для Карла, который рассчитывал, как обещал гетман, на присоединение целой украинской армии в 50 000 сабель.

Мазепа явился в шведский лагерь не как могущественный союзник, хозяин страны, куда вступила шведская армия, а как беглец, спасающийся не только от мести царя, но и от гнева своего собственного народа. "Правда, хотя сие зело худо, - писал Петр об измене Мазепы, - однако он не только с совету всех, но не с пяти персонь сие зло учинил. Что услышав, здешний народ со слезами богу жалуются на онаго и неописанно злобствуют"*.

* (Письма и бумаги императора Петра Великого, т. XIII, стр 253.)

Мазепа жестоко ошибся. Украинский народ остался верен своему союзу с братским русским народом, союзу, освященному кровью, пролитой русскими за освобождение Украины от панской неволи.

Меншиков доносил Петру: "В здешний старшине, кроме самых высших... никакого худа ни в ком не видеть, но токмо ко мне из-за всех ближних мест съезжаются сотники и прочие полчане и приносят на него (Мазепу) в том нарекание...

Гневом и возмущением ответил украинский народ на измену Мазепы. Само имя его стало синонимом измены и предательства.

Ни о каком походе на Москву в ближайшее время шведам нечего было и думать. Невозможно было для истощенной, голодной армии и возвращение по опустошенной стране в Литву. Даже отход поздней осенью за р. Днепр на Волынь, на соединение с Лещинским, мог закончиться полной катастрофой. Оставалось перейти р. Десна и попытаться с помощью Мазепы обосноваться на Левобережной Украине. Туда же влекли шведов запасы боеприпасов и продовольствия, заготовленные гетманом. Действительно, Карл XII вскоре после присоединения Мазепы двинулся на юг, к Батурину.

Политическая и стратегическая обстановка требовала быстрых действий шведов. Между тем Карл не торопился. Два дня прошли в празднествах по случаю перехода Мазепы. 30 октября шведская армия двинулась из окрестностей Новгород-Северского и, форсировав реки Десна и Сейм, 11 ноября подошла к Батурину.

Промедление шведов было блестяще использовано Петром. 29 октября в деревне Погребки (главная квартира русской армии) было получено донесение Меншикова об измене Мазепы. Петр тотчас же собрал военный совет, на котором было принято решение овладеть Батурином и уничтожить заготовленные для шведов запасы. Выполнение этого плана было поручено Меншикову. Последний форсированным маршем двинулся к Батурину и уже 2 ноября взял его с помощью рядовых казаков гарнизона, которые показали русским тайный вход в крепость Чечель и изменники, не пожелавшие сдаться, были уничтожены, запасы боеприпасов и продовольствия - сожжены, город и крепость - разрушены. Уничтожение боеприпасов имело особенно пагубные последствия для шведов, так как шведам больше уже неоткуда было получить их. Карл упустил возможность овладеть запасами, заготовленными Мазепой в Батурине.

Петр принял своевременные меры к ликвидации последствий измены Мазепы. Он манифестом оповестил все население Украины об измене гетмана. Всем, вовлеченным в заговор, обещалось полное прощение, если они раскаются и покинут предателя. Эти меры имели большой успех. Мазепе не только не удалось увеличить число своих сторонников, но и многие старые участники заговора покинули его. Бегство из шведского лагеря украинских казаков приняло такой широкий размах, что Карл, под видом почетного конвоя, даже к самому Мазепе назначил шведский караул.

На казачьем круге, собранном по приказу Петра, был избран новый гетман Скоропадский. Казачья армия Скоропадского ко времени битвы под Полтавой достигала 40 000 сабель. Все укрепленные города Украины были приведены в готовность к обороне. С приближением шведов жители прятали продовольствие, угоняли скот в леса и уходили туда сами.

"Только того провианту не могут выбрать для того, что все жители уходят и того ради шведы, что где ни найдут, то сами берут, и хлеб, и скотину, и живность". Развернулась массовая народная война.

Не белым хлебом и салом встретил украинский народ шведских завоевателей, а выстрелами самопалов и общенародной беспощадной войной.

Федор Бартенев доносил Меншикову 12 октября 1708 г.: "А от Черкаса худова ничего нет: служат верно и шведам продавать ничего не возят, а по лесам собрася конпаниями ходят и шведов зело много бьют и в лесах дороги зарубают"*.

* (Труды Императорского Русского Военно-Исторического Общества, т. 1, стр. 89.)

Таким образом, Карл XII не нашел на Украине союзника, как обещал ему Мазепа.

Всеобщее сопротивление украинского народа, развернувшаяся народная война уничтожили для Карла возможность получить на Украине промежуточную базу, и это поставило шведскую армию на край гибели.

Однако Карл XII и Мазепа пытались еще занять Украину и подчинить ее своему влиянию. Все усилия шведов и приверженцев Мазепы привлечь на свою сторону украинский народ не имели успеха. Наоборот, чем более узнавали шведских завоевателей, тем сильнее разгорался пожар народной войны. Мазепа и его окружение потеряли всякий авторитет в глазах всего украинского народа и представляли небольшую группу отщепенцев и изменников, укрывавшихся от народного гнева под защитой шведских штыков.

Нуждаясь в продовольствии, шведская армия, по совету Мазепы, двинулась к Ромнам и 17 ноября заняла город. Легко был занят и Гадяч, имеющий большое значение благодаря сосредоточенным в нем запасам продовольствия.

Шведская армия расположилась на зимние квартиры в районах городов Ромны, Прилуки, Гадяч, Лохвица. Захват запасов в Ромнах и Гадяче несколько облегчил положение шведской армии.

Русская армия, следовавшая за шведской параллельным маршем, расположилась в районе Лебедина.

Петр выделил несколько отрядов, которые окружили со всех сторон район зимних квартир шведов.

Все наиболее важные пункты вблизи от шведов были заняты русскими гарнизонами.

В Полтаву Петр I послал сильный отряд из 6 батальонов под командой полковника Келина. Уже в этот период Петр оценил важное значение этого пункта.

Полтава, расположенная на высоком правом берегу р. Ворскла, была пограничной со степью крепостью.

На левом берегу р. Ворскла начиналась ненаселенная степь. Через Полтаву лежал путь из Украины в Крым. Одновременно она была и на пути от расположения шведов к Переволочно на р. Днепр и далее, в Запорожскую Сечь и в Польшу.

Запорожские казаки волновались. Кошевой атаман Гордиенко, ставленник Мазепы, склонял их к переходу на сторону шведов.

Важно было занятием Полтавы пресечь связи запорожцев со шведами.

Таким образом, русская армия окружила шведов цепью отрядов и беспрерывными набегами держала их в постоянном напряжении.

Попытки шведов уничтожить кружившие вокруг них русские отряды ни к чему, кроме изматывания собственных сил, не приводили. Заблаговременно предупреждаемые населением русские отряды отходили, вступая в бой со шведами только при наличии уверенности в успехе.

В начале декабря Петр задумал овладеть одним из крупнейших пунктов расположения шведов - Ромнами или Гадячем. Для этого он сам выступил к Гадячу; к Ромнам же несколько позднее двинулся Алларт. В случае движения короля, находившегося в Ромнах, к Гадячу на помощь гарнизону Ромны должны были быть захвачены Аллартом.

Замысел Петра полностью оправдался. Карл, узнав о движении русских к Гадячу, стремительно бросился туда. Петр отошел.

Алларт же, пользуясь отсутствием короля, овладел Ромнами.

В результате этих передвижений район зимних квартир шведов сократился и сместился на юго-восток, в район Гадяча.

В непосредственной близости к расположению шведов, опираясь на занятый русским гарнизоном город Веприк, находился конный отряд Ренне. Ренне особенно беспокоил шведов. В начале января Карл попытался коротким ударом уничтожить отряд Ренне. Предупрежденный о наступлении шведов, Ренне отошел на восток. Шведы окружили Веприк и потребовали безусловной сдачи гарнизона, угрожая в противном случае полным его истреблением. Комендант крепости подполковник Юрлов ответил отказом. После короткого артобстрела три колонны шведской пехоты пошли на штурм примитивных укреплений Веприка, состоявших из земляного вала слабого профиля. Юрлов, подготовляясь к штурму, велел облить вал водой, в результате чего шведы скользили и скатывались обратно в ров. Храбрый гарнизон отбил все атаки врага. Шведы потеряли около 1000 человек.

Израсходовав весь запас пороха, гарнизон в конце концов вынужден был вскоре капитулировать.

В конце января, видимо желая подальше оттеснить русские отряды, беспокоившие шведов, Карл вновь с крупными силами предпринял наступление в направлении Харькова через Опошню и Краснокутск.

К этому времени Карл окончательно потерял надежду привлечь на свою сторону украинский народ и резко изменил свою политику в отношении к нему. Он перешел к системе беспощадных репрессий, предавая все мечу и огню. Продвигаясь вперед, шведы опустошали всю местность и поголовно уничтожали население. Видимо, они преследовали цель запугать жителей и этим вынудить их к покорности. Но их террор привел к противоположным результатам. Общенародная война против интервентов усилилась.

В середине февраля шведы прекратили наступление. С большим трудом, в условиях весенней распутицы, Карл вернулся со своим отрядом в район квартирного расположения шведской армии, т. е. к г. Гадяч.

Во время безрезультатного поиска Карла к Харькову Шереметев с крупными силами двинулся в район юго-западнее Гадяча. Сильный отряд генерала Крейца, стоявший в Лохвице, спасаясь от разгрома, с трудом отошел за р. Хорол.

Все же Шереметеву удалось окружить в Решевке один шведский драгунский полк и конно-ремонтное депо шведской кавалерии. После упорного сопротивления остатки шведского драгунского полка сложили оружие. Было захвачено у противника 161 пленный и 2000 лошадей. Среди трофеев оказалось 2 знамени.

Весной шведская армия размещалась между реками Ворскла и Псел, в районе Лютенька - Зеньков - Опошня, севернее Полтавы.

В это время кошевому атаману Гордиенко удалось склонить на сторону шведского короля запорожских казаков. Восьмитысячный отряд запорожцев под командой Гордиенко выступил на Украину. Попытки русских драгун преградить им дорогу не увенчались успехом. 26 марта запорожцы прибыли в шведский лагерь.

Карл, оставаясь на Украине, надеялся вовлечь в борьбу с Россией Турцию. С этой целью он послал своих офицеров к сераскиру крепости Бендеры и к крымскому хану. Вмешательство в войну Турции могло осложнить положение русской армии и дать Карлу еще надежду на успешное окончание борьбы. Поэтому русские дипломаты развили энергичную деятельность, чтобы удержать Турцию от вмешательства в войну на стороне шведов. С другой стороны, Петр рассчитывал воздействовать на турок демонстрацией русских морских сил на Черном море.

Петр I выехал в Воронеж, где начиная с 1708 г. велось усиленное строительство морских судов. Вновь построенные суда весной были отправлены по р. Дон в Азов. Появление их на Азовском море произвело желаемое действие на турок. В Константинополе прекратились разговоры о войне с Россией, а крымскому хану было приказано не предпринимать никаких антирусских выступлений.

Из имеющихся источников трудно установить, каковы были планы Карла XII на дальнейшее ведение войны. Ни весной 1709 г., да и никогда позже Карл не высказывался о своих намерениях. Некоторые из его генералов предлагали переправиться через р. Днепр и уходить через Волынь на соединение со Станиславом Лещинским и шведским отрядом Крассау. Однако Карл эти предложения решительно отверг. Вероятно, он продолжал надеяться на выступление турок против России.

Это подтверждает большая дипломатическая активность шведов в переговорах с турками и крымским ханом. Ряд шведских источников свидетельствует об успехе переговоров с крымским ханом, который будто бы начал уже подготовку к вторжению на Украину для помощи шведскому королю. Упрямый, самонадеянный король не мог допустить мысли, что стратегически кампания им проиграна. Он считал, что шведская армия в тактическом отношении превосходит русскую. Поэтому он продолжал надеяться, дав сражение, одним ударом изменить стратегическую обстановку в свою пользу. Карл XII придавал решающее значение на войне не стратегии, а тактике.

Для беспрепятственной связи с Запорожской Сечью и Крымом шведам было важно овладеть самым крупным в нижнем течении р. Ворскла административным и укрепленным пунктом - Полтавой.

Полтава приобрела в сложившейся обстановке важное значение в силу следующих причин. От расположения шведской армии в Запорожскую Сечь и Польшу дорога шла по правому берегу р. Ворскла. В Переволочно стоял постоянный гарнизон запорожских казаков. Из Переволочно можно было сноситься с Запорожской Сечью по р. Днепр или, переправившись через него, - с Польшей. В распоряжении запорожских казаков имелось большое количество стругов, здесь же, на Днепре, они держали постоянный перевоз. Таким образом, Карл XII, владея Переволочно и переправочными средствами запорожцев, мог в случае отступления переправиться на Правобережную Украину. Но на дороге из района расположения шведов к Переволочно находилась Полтава, занятая сильным русским гарнизоном.

Полтава была одним из граничащих со степью укрепленных пунктов. На левом берегу р. Ворскла начиналась степь, "дикое поле". К югу кочевали крымские татары. Один из основных путей вторжения крымских татар на Левобережную Украину шел через Полтаву. Присутствие в Полтаве русского гарнизона затрудняло сношения Карла XII и с крымским ханом.

Кроме того, Полтава являлась опорой народной войны в тылу шведской армии. Здесь были сосредоточены большие запасы продовольствия, укрываемые от шведских фуражиров.

В обстановке стратегического окружения, когда Карл XII ожидал выступления против России турок и татар, он одобрительно отнесся к предложению Мазепы занять Полтаву.

2 апреля, всего через несколько дней после присоединения к нему запорожских казаков, Карл произвел лично рекогносцировку Полтавы. Он нашел укрепления ее слабыми и решил, что взять Полтаву будет легко.

В русской дореволюционной, да и советской историографии о Северной войне довольно широко распространено мнение, что Карл XII пытался взять Полтаву будто бы для того, чтобы открыть себе дорогу для наступления в глубь России - на Харьков, Белгород, Москву.

Совершенно очевидно, что для того, чтобы из района Лютенька - Зеньков - Опошня, где находилась весной 1709 г. шведская армия, наступать на Харьков или Белгород и далее, не надо было брать Полтаву.

Дорога шведов на Харьков лежала через Валки или Богодухов; на Белгород - вверх по р. Ворскла через Ахтырку. В обоих этих случаях Полтава оставалась в тылу шведской армии, а не на пути ее наступления. Следовательно, шведы, передвинувшись в район Полтавы, не приближались к Харькову или Белгороду, а, наоборот, удалялись от этих пунктов.

Ссылаются обычно на запись в "Журнале государя Петра I", где сказано: "Неприятель сей город (Полтаву) держал в атаке по совету Мазепину для того, что то место, по мнению его, имело удобствовать входу в Россию и коммуникации с поляками и татарами". Ясно, что для шведской армии не нужно было входить в Россию, так как она уже давно была там. Овладеть же местом, которое "имело удобствовать входу в Россию", шведам надо было для того, чтобы открыть дорогу туда запорожцам и татарам.

Соображения о том, что шведская армия не могла бы наступать на Харьков или Белгород, если бы оставила в своем тылу занятую русским гарнизоном Полтаву, тоже не выдерживают критики. Таких укрепленных пунктов, как Полтава, на Левобережной Украине было много. Все ближайшие к шведскому расположению украинские города были укреплены и заняты русскими гарнизонами. Если бы Карл действительно начал наступление на Харьков или Белгород, то здесь он встретил бы таких укрепленных городов, как Полтава, еще больше, чем на гетманской Украине.

Он допускал штурм украинских городков только тогда, когда был уверен в быстром и легком успехе. Безусловно, не Полтава, как крепость, была причиной того, что Карл не пошел весной 1709 г. на Москву. Наоборот, можно сказать, что если бы шведы действительно решили возобновить наступление с целью овладеть Москвой, Карл не стал бы тратить ограниченные силы шведской армии на осаду многочисленных русских укрепленных городов.

Карл решил овладеть Полтавой потому, что, как мы уже говорили, она стояла на его коммуникациях с Запорожской Сечью, Польшей и Крымом. Кроме того, он рассчитывал легко справиться с гарнизоном и захватить крупные запасы продовольствия.

В середине апреля полковник Яковлев, по приказу Петра, на стругах с отрядом пехоты в 2000 человек спустился из Киева вниз по р. Днепр, взял Переволочно и разорил все переправы.

Эти действия русских против запорожцев заставили Карла ускорить подготовку к осаде Полтавы. 25 апреля шведский отряд генерала Шпарра подошел к Полтаве и осадил ее.

Укрепления Полтавы состояли из земляного вала, усиленного деревянным палисадом. С востока вдоль вала проходил глубокий овраг, с западной стороны крепости в 200 метрах от вала тоже был овраг.

Энергичный полковник Келин, прибывший в Полтаву в начале декабря, много сделал для усиления ее обороны. Были построены фланкирующие постройки, крепостному валу придано начертание бастионного фронта. Гарнизон Полтавы состоял из 4200 человек регулярной пехоты и 2600 человек вооруженных жителей.

Запасы продовольствия имелись большие, боеприпасов же было ограниченное количество, не рассчитанное на длительную осаду.

Вслед за отрядом генерала Шпарра к Полтаве постепенно стала подтягиваться и вся шведская армия. К началу мая ставка короля размещалась в местечке Бол. Будище (30 километров севернее Полтавы). Еще севернее, в Опошне, стоял шведский авангард генерала Росса в составе 2 пехотных и 2 драгунских полков.

К концу апреля главные силы русской армии находились в районе Богодухова, прикрывая одновременно направления на Харьков и Белгород. Когда стало известно о передвижении шведской армии на юг, в район Полтавы, русская армия двинулась за шведами и перешла в район Котельвы, на средней Ворскле. Большая часть русской конницы сосредоточилась на левом берегу р. Ворскла, препятствуя сообщениям шведов с Запорожьем и Крымом. Меншиков, объединявший командование русскими войсками на левом берегу р. Ворскла, решил отвлечь шведов от Полтавы нападением на отряд Росса. План Меншикова заключался в двойном охвате этого отряда. Генерал Биллинг должен был переправиться через р. Ворскла выше Опошни и атаковать Росса с севера. В это же время Меншиков, форсировав реку прямо у Опошни, должен был атаковать Росса с юга.

В ночь с 6 на 7 мая Меншиков построил три моста через р. Ворскла, переправился и атаковал шведов.

Отряд Росса, попытавшийся оказать сопротивление в открытом поле, был опрокинут и загнан за валы укреплений Опошни.

Биллинг с атакой запоздал.

Карл, узнав, что Росс атакован, с частью конницы направился ему на помощь. Меншиков, получив сведения о приближении короля, беспрепятственно отвел свои войска на левый берег.

Отряд Росса потерял 600 человек убитыми и 300 человек пленными.

Обеспокоенный изолированным положением этого отряда, Карл отвел его в Бол. Будище, а затем 10 мая сам со всеми силами перешел в окрестности Полтавы.

Меншиков, не добившись своей цели отвлечь шведов от Полтавы, двинулся туда же и расположился укрепленным лагерем против крепости на левом берегу р. Ворскла.

Между тем, по личному приказу Петра, полковник Яковлев спустился по реке до Запорожской Сечи и после ожесточенного штурма 14 мая взял ее. Разорение Сечи и Переволочно ликвидировало надежды Карла установить в этом направлении связь с турками и поляками. Шведская армия оказалась сосредоточенной на небольшом пространстве, ограниченном р. Днепр и нижним течением рек Псел и Ворскла. Все связи шведской армии с внешним миром были прерваны русскими. Сейчас переправа шведов на правый берег р. Днепр для отхода в Польшу становилась невозможной, так как, разгромив Сечь, русские уничтожили струги и лодки, заготовленные запорожцами. Переправочных средств для форсирования такой большой реки, как Днепр, в распоряжении шведов уже не было.

Шведский король оказался в ловушке, вырваться из которой он мог только с посторонней помощью.

Опасность гибели надвигалась на шведскую армию.

В армии наблюдался упадок духа, расшатывалась дисциплина.

Оставалась только слабая надежда на помощь крымских татар.

Упомянутый уже нами историк Карла Стилле приводит данные о сношениях короля с крымским ханом. Он пишет, что 16 мая в ставку Карла прибыли два представителя крымского хана, которые сообщили, что за ними едет большое посольство хана, и просили для него конвоя. Карл выслал навстречу посольству на левый берег р. Ворскла 500 шведских кавалеристов и 2000 запорожских казаков. Но 24 мая они возвратились, не выполнив задания из-за противодействия русской конницы

22 июня, одновременно с письмом сераскира Бендер, прибыла татарская делегация во главе с начальником ханской гвардии. Она сообщила, что хан готов выступить на соединение с королем

Действительно, Сильтман и Лагерберг, шведские офицеры, посланные Карлом к крымскому хану, впоследствии доносили, что нашли его во главе всех своих сил у Перекопа в готовности двинуться к Полтаве и будто бы только известие о разгроме шведов вынудило хана вернуться в Крым.

Не исключена возможность, что турки и татары, уверяя Петра в своих мирных намерениях, выжидали результатов его борьбы с Карлом, рассчитывая вмешаться, если успех будет склоняться на сторону шведов. Они могли вести одновременно переговоры с Карлом, обещая ему помощь.

Их неопределенные, уклончивые заверения могли быть приняты Карлом за действительную возможность получения помощи.

Возможность помощи шведской армии со стороны Станислава Лещинского с правого берега р. Днепр исключалась.

С появлением Карла на Левобережной Украине Петр направил сильный конный отряд Гольца на правый берег р. Днепр для усиления действующего на Волыни польского гетмана Синявского. Гольц на подходе к Берестечко нанес сильное поражение пятитысячному отряду Сапеги. В результате войска Станислава Лещинского были вынуждены отойти за р. Сан.

Таким образом, к половине мая у Карла оставалась только слабая надежда на крымского хана, которая, видимо, и продолжала его удерживать на Украине. Осада Полтавы истощала силы шведской армии. Карл продолжал ее в целях поддержания своего престижа и из упрямства.

Прежде чем начать методическую атаку укреплений Полтавы, Карл попытался взять ее открытым штурмом.

29 и 30 апреля шведы безуспешно штурмовали валы Полтавы. После неудачного штурма 30 апреля начались осадные работы.

Карл решил вести инженерную атаку с юго-западной стороны крепости. Овраг, находившийся в 200 метрах от вала крепости, давал возможность сразу развернуть работы в непосредственной близости от укреплений Полтавы.

Руководил осадой генерал-квартирмейстер армии полковник Гилленкрок, считавшийся у шведов лучшим знатоком фортификации. Он пессимистически оценивал возможность быстрого овладения Полтавой. Трудность заключалась в отсутствии у шведов осадной артиллерии и в крайней ограниченности запасов пороха, бомб и ядер.

Шведы не могли разрушить артиллерийским огнем крепостные сооружения. Постройкой параллелей они рассчитывали подойти вплотную ко рву и затем, перейдя его, штурмовать крепость. Преодолевая упорное сопротивление гарнизона, шведы к вечеру 3 мая подвели траншеи вплотную ко рву крепости. Гилленкрок предложил Карлу возобновить штурм, но Карл, сберегая силы своей пехоты, решил продолжать методическую атаку и поставил задачу подготовить штурм переходом сапой через ров и закладкой мины под валом крепости.

Осадные работы продолжались весь май. Гарнизон оказывал упорное и активное сопротивление инженерным работам шведов, производя беспрерывные вылазки. Одновременно Келин усиливал фортификационные сооружения атакованного западного фаса крепости.

Была значительно увеличена толщина вала, велись контрмины, был построен второй вал, на случай захвата первого. К 25 мая шведы перешли сапой ров и начали рубить палисады, но сильными вылазками в ночь на 26 и 27 мая работы осаждающих были разрушены, а мина, заложенная шведами под валом крепости, своевременно обнаружена гарнизоном и незаметно разряжена.

Между тем Меншиков, сосредоточив свои силы на левом берегу р. Ворскла, против Полтавы, пытался помочь гарнизону. 15 мая, на рассвете, 2 русских отряда пехоты, один выше, другой ниже Полтавы, демонстрировали попытку перейти Ворсклу, а в это время 2 батальона силой около 1000 человек под командой бригадира Головина перешли через Ворсклу вброд прямо против Полтавы и, перебравшись через болота поймы реки, внезапным ударом прорвались через линию обложения в крепость. Солдаты отряда несли большое количество пороха и боеприпасов.

Успех этого предприятия не только усилил гарнизон крепости, но и поднял дух ее защитников.

15 мая Меншиков построил редут на левом берегу главного русла Ворсклы и дамбу из фашин через болота левого берега.

Шведы со своей стороны начали укреплять правый берег реки. Попытка Меншикова в ночь на 17 мая внезапным нападением овладеть укреплениями шведов окончилась неудачей. Двум русским батальонам, назначенным для нападения, не удалось перейти болота вдоль правого берега реки.

Всю вторую половину мая Меншиков пытался приблизиться через пойму реки к Полтаве, но успеха не имел. Болота вдоль правого берега реки препятствовали работам русских.

Карл, со своей стороны, развернул большие работы на берегу реки, построив укрепленную линию, усиленную несколькими редутами. Шведские укрепления были продолжены вплоть до монастыря на протяжении более 2 километров.

Петр, находившийся в это время в Азове, продолжал руководить действиями русских войск. Именно он указал Меншикову стать на левом берегу р. Ворскла против Полтавы и попытаться постройкой полевых укреплений приблизиться вплотную к крепости.

Он же, убедившись, что вся шведская армия собралась в районе Полтавы, приказал Шереметеву с главными силами перейти на левый берег р. Ворскла и присоединиться к Меншикову. Таким образом, 26 мая вся русская армия была сосредоточена в укрепленном лагере у селения Крутой Берег на левом берегу р. Ворскла, против Полтавы. Северное направление обеспечивал расположившийся за р. Псел новый украинский гетман со своими казаками и с приданными ему 3 драгунскими полками.

Таким образом, расположение русской армии сейчас не обеспечивало направления на Харьков и Белгород, дорога туда шведской армии была открыта. Наступление в этом направлении голодной, почти без боеприпасов шведской армии было маловероятным и неопасным.

Русская армия заняла положение между шведской армией и степью, препятствуя сношениям Карла XII с Крымом.

1 июня шведы, видя неудачу своей инженерной и минной атаки, решились на открытый штурм Полтавы.

Бросив в город 32 бомбы, которые произвели сильные пожары, шведы пошли на приступ. Гарнизон был отвлечен тушением пожаров, и шведам удалось овладеть валом. Бросив тушить пожары, гарнизон вместе с вооруженными жителями сильной контратакой отбросил шведов с вала. В этом бою шведы потеряли до 400 человек убитыми. Вслед за тем, в ночь на 2 и 3 июня, Келин повторил вылазки, увенчавшиеся полным успехом.

Шведы решили отказаться от открытого штурма Полтавы и вернуться к методу постепенной атаки. Днем и ночью продолжалась ожесточенная, упорная борьба на валах города.

4 июня в армию под Полтаву прибыл Петр I. Оценивая создавшееся положение, он пришел к выводу, что назревает решительный этап войны. Шведская армия, ослабленная в предыдущих боях, была поставлена в безвыходное положение. Однако это не значит, что она потеряла свою боеспособность.

Петр I уже в начале июня решил дать шведам генеральное сражение. 8 июня он писал: "мы здесь намерены неприятеля всеми силами атаковать"*.

* (Письма и бумаги императора Петра Великого, т. IX, вып. 1-й, стр. 204.)

На военном совете, собранном Петром I перед тем, как приступить к решительным действиям, некоторые генералы высказали мнение, что в существующей обстановке нет смысла рисковать генеральным сражением и что шведская армия вынуждена будет и без этого начать отступление из России. Петр решительно не согласился с подобным мнением. Постройка "золотого моста" для отхода шведской армии в стиле западноевропейского военного искусства совершенно не соответствовала стратегии Петра.

Предоставление Карлу XII возможности отхода в Польшу могло только надолго отсрочить победу в войне со шведами. Наоборот, необходимо было максимально использовать тяжелое положение шведской армии и завершить кампанию полным ее разгромом. Большинство военного совета и сам Петр высказались за генеральное сражение.

Все мероприятия Петра, проводимые им после того, как он прибыл в армию, необходимо рассматривать как подготовку к генеральному сражению.

Сначала он попытался облегчить положение Полтавы и оттеснить от нее шведов путем приближения к Полтаве через болота р. Ворскла. Но болота оказались настолько велики, что при всей энергии войск в производстве земляных работ их не удалось преодолеть. Петру пришлось отказаться от своего первоначального плана и искать других путей оказания помощи гарнизону Полтавы.

Начиная с 13 июня русские переносят, свою активность на правый берег р. Ворскла.

Подполковник Юрлов, храбрый комендант Веприка, находился в плену вместе со всем своим гарнизоном (более 1000 человек) в Стар. Сенжарах под охраной 4 полков шведов. Юрлов сумел донести Петру о местопребывании пленных и о возможности их освобождения.

В ночь на 14 июня русский отряд, состоявший из 6 драгунских и 1 пехотного полков, внезапно атаковал Стар. Сенжары. После двухчасового боя шведы были обращены в бегство. В Стар. Сенжарах были освобождены 1000 человек русских пленных.

14 июня гетман Скоропадский произвел внезапное нападение на главную квартиру Карла XII в деревне Жуки.

15 июня Ренне с конным отрядом драгун и казаков перешел р. Ворскла и занял деревню Петровка.

Предвидя неизбежное появление в этом районе других отрядов шведов, Ренне устроил засаду. 2 драгунских полка спешились и засели в лесу на дороге из д. Жуки в Петровку. 500 драгун и все казаки были отправлены к д. Жуки.

Предположение Ренне сбылось. Сам король с 6 кавалерийскими полками выступил из лагеря и устремился на русскую конницу. Она, отступая, навела шведскую конницу на засаду. Внезапно обстрелянная из засады шведская кавалерия вынуждена была с потерями отойти обратно в лагерь. Ренне отвел главные силы своего отряда на левый берег, оставив в Петровке отряд для охраны построенных им на р. Ворскла мостов.

17 июня по приказу Петра 2 сильных русских отряда форсировали р. Ворскла выше и ниже Полтавы.

Севернее Полтавы, у Петровки, переправился Ренне с 3 пехотными и 12 драгунскими полками и укрепился на правом берегу р. Ворскла.

Южнее Полтавы переправился через реку и также укрепился на правом ее берегу отряд генерала Алларта, состоявший из 12 пехотных полков.

Карл, узнав о переправах русских, двинулся против Алларта, послав к Петровке Реншильда. При рекогносцировке Карл XII был ранен. В результате этого шведы отошли к лагерю под Полтавой.

Реншильд готовился к атаке укреплений у деревни Петровка, но, когда узнал о ранении Карла XII, отошел в лагерь у деревни Жуки.

После того как русские создали два предмостных укрепления, Петр решил всю армию перебросить на правый берег р. Ворскла. Положение Полтавы становилось критическим. Правда, шведам до сих пор не удалось овладеть ни одним из укреплений крепости, но силы гарнизона таяли, особенно тяжело было из-за недостатка пороха.

Из донесений Келина Петру I было известно, что силы и средства гарнизона подходят к концу. Он решил, что наступил самый удачный момент для нанесения решительного удара по шведской армии.

Военный совет, созванный Петром, также высказался за решительное сражение.

18 июня Алларт, оставив свое предмостное укрепление, перешел в расположение укрепления у деревни Петровка. Реншильд, узнав

ососредоточении в этом районе крупных сил русских, отошел на соединение с армией под Полтаву.

19 июня русская армия перешла из лагеря у Крутого Берега в Черняхово. 20 июня вся армия переправилась через реку и стала укрепленным лагерем между Петровкой и Семеновкой.

Скоропадскому было приказано переправиться через р. Псел и присоединиться к армии Петра I.

Русская армия, сосредоточенная у деревни Петровка, состояла из 58 батальонов пехоты, 17 драгунских полков, 72 орудий (в большинстве полковых)

Наличной численности армии источники не указывают. По cyществующим тогда штатам должно быть строевого состава 34 800 человек пехоты, 17 000 драгун, всего 51 800 человек. В действительности, ввиду большого некомплекта в полках, численность армии была значительно меньше. Большинство наших авторов приводит цифру в 42 000 человек. По нашим расчетам, численность армии Петра не достигает этой цифры.

Принимая численность батальона пехоты в 500 человек, получим в пехоте 29 000 человек. Коннина должна была иметь больший некомплект, так как на нее, в основном, легла тяжесть всей кампании 1708 г. и первой половины 1709 г. Наличная численность драгунских полков осенью 1708 г., о которой имеются данные, колебалась от 500 до 700 человек. Хотя конница и получила пополнения, она провела тяжелую зимнюю кампанию 1708/09 г., и нет оснований считать, что наличная численность драгунских полков поднялась в сравнении с осенью 1708 г. Поэтому средняя наличная численность драгунского полка едва ли превышала 600 сабель и общая численность конницы была около 10 000 сабель. Следовательно, общая численность армии достигала 39 000 человек.

К армии должен был присоединиться гетман Скоропадский, имевший до 40 000 человек, в том числе 5 драгунских полков.

К 29 июня намечалось полное сосредоточение всех сил под Полтавой.

Шведская армия Карла XII в начале похода в 1708 г. состояла из 12 пехотных (24 батальона) и 16 кавалерийских полков, общей численностью 35 000 человек. К ней присоединились остатки корпуса Левенгаупта, состоявшего из 11 батальонов пехоты и 7 кавалерийских полков. Следовательно, во всей армии должно быть 35батальонов и 23 кавалерийских полка. А к моменту сражения под Полтавой шведская армия состояла из 26 батальонов и 22 кавалерийских полков (89 эскадронов), общей численностью около 30000 человек. Из этих цифр видно, что в результате потерь некоторые батальоны и полки шведов были расформированы и количество их сократилось. Но мы должны прибавить к общему количеству армии Карла около 2 000 казаков Мазепы и 8 000 запорожцев. Следовательно, общая численность армии Карла XII достигала 40 000 человек.

До прибытия Скоропадского русская и шведская армии были приблизительно одинаковой численности.

Карл XII не мог не видеть, что русская армия сосредоточивается для генерального сражения. Но, вместо того чтобы обратить все свое внимание на подготовку к предстоящему сражению, он предпринял решительный штурм Полтавы. Карл считал, что сейчас обессиленный гарнизон не в состоянии выдержать удар. Овладение же Полтавой должно было поднять боевой дух шведской армии и одновременно обеспечить ее тыл перед сражением.

21 июня Карл XII выстроил свою армию в боевой порядок к северу от Полтавы в готовности дать русским сражение, если они попытаются оказать помощь полтавскому гарнизону, и начал решительный штурм крепости.

Штурм намечался не только на юго-западный фас крепости, против которого велась инженерная атака, но и на северный фас, в расчете, что у гарнизона нехватит сил для отражения ударов с двух направлений. Большие надежды шведы возлагали на взрыв мины, подведенной под вал Полтавы. Они не подозревали, что гарнизон сумел обнаружить минные работы шведов и разрядить мину. Дважды шведская пехота овладевала валом, и барабаны били победу, но мужественный гарнизон сбрасывал шведов в ров. Потери гарнизона составляли 192 человека убитыми и 191 ранеными. Шведы же потеряли 500 человек. 22 июня утром шведы возобновили штурм и до ночи продолжали атаки. Несколько раз шведские знамена появлялись на валах Полтавы, но напряжением всех сил гарнизон и вооруженные жители отстояли крепость - все шведские атаки были отбиты. Шведы потеряли 1676 человек убитыми и ранеными. Карлу не удалось овладеть Полтавой. Потери, понесенные при штурме, ослабили шведскую армию перед генеральным сражением.

Моральное состояние шведской армии резко упало, стратегический тупик, в котором находилась армия, неудача штурмов Полтавы, систематический недостаток продовольствия, все более возрастающая активность русских, ожесточенная партизанская борьба украинского народа - все это заставляло сомневаться в успехе похода уже рядовых офицеров и солдат. В связи с ранением 17 июня Карла XII среди шведских офицеров и солдат начались разговоры, что король, отчаявшись в успехе похода, намеренно ищет смерти.

Карл стал готовить армию к генеральному сражению. Все его распоряжения поражают непродуманностью и нецелесообразностью.

Хотя переправы через р. Днепр у Переволочно совершенно не было, шведы даже не побеспокоились провести рекогносцировку реки и собрать на Днепре какие-либо переправочные средства.

Карл распорядился поставить четыре поста по правому берегу р. Ворскла для обеспечения дороги от Полтавы к Переволочно. За недостатком пороха при армии оставили только 4 орудия, вся остальная артиллерия была отправлена в тыл. Осада Полтавы продолжалась. Для всех этих целей были выделены 2 батальона пехоты, 49 эскадронов кавалерии (видимо, скадрованные), все казаки и запорожцы.

Всего было оставлено в тылу около 6000 шведов и 8000 - 10 000 казаков и запорожцев, т. е. более трети всей армии. Для генерального сражения у Карла оставалось 24 батальона пехоты, 40 эскадронов кавалерии, всего около 24 000 человек. Карл решил атаковать русских. Ему необходимо было сосредоточить для этого максимум сил, а не разбрасывать их для прикрытия несуществующих коммуникаций и продолжения бесцельной сейчас осады Полтавы. Обеспечить безопасность шведской армии со стороны гарнизона Полтавы можно было значительно меньшими силами. Во всех этих мероприятиях Карла сказалась его безграничная самоуверенность, неумение распорядиться своими силами. Вызывает удивление отсутствие у шведов достаточных сведений о положении русской армии, находившейся перед сражением всего в 4 километрах от противника. По свидетельству генерал-квартирмейстера шведской армии Гилленкрока, постройка редутов перед фронтом русской армии оставалась до самого начала сражения неизвестной шведам. Между прочим, сам Гилленкрок, на котором по должности и лежала разведка противника, был занят осадой Полтавы.

Карл вступал в генеральное сражение, фактически не имея артиллерии, так как 4 орудия, которые он мог взять в бой, не могли итти в сравнение с многочисленной и мощной артиллерией русской армии.

В противоположность Карлу Петр I тщательно готовился к сражению, стремясь всеми доступными средствами сосредоточить для этого максимум сил и создать для себя выгодную обстановку.

Петр сам не выбирал места для лагеря у деревни Петровка. Выбрали место и укрепили лагерь командиры дивизий Алларт и Ренне. Петр остался недоволен местностью, на которой предполагалось дать сражение шведам.

Перед лагерем у деревни Петровка лежала открытая, широкая равнина, которую любой полководец западноевропейской армии нашел бы удобнейшим местом для сражения. Так же положительно оценили местность Алларт и Ренне. Иначе подошел к этому вопросу Петр.

Он помнил опыт сражения при Лесной и искал для боя со шведами не открытой, широкой равнины, а местности закрытой, пересеченной и лесистой.

25 июня, после личной рекогносцировки, Петр решил передвинуть армию ближе к Полтаве.

Местность, выбранная Петром у Яковцы, не давала такого простора для маневра в линейных построениях, как у Петровки, и этим-то она и представляла ценность для Петра.

Необходимо было лишить шведов возможности маневра на открытой равнине. В условиях закрытой пересеченной местности должно было сказаться моральное превосходство русских.

Вечером 25 июня русская армия перешла на новое место и сразу приступила к постройке укрепленного лагеря. Он представлял собой трапецию, обращенную основанием к крутому обрыву берега р. Ворскла.

Высота трапеции и длина основания ее были около одного километра. При постройке лагеря Петром были применены новые, неизвестные на Западе фортификационные формы. Укрепления не составляли сплошной линии. Они состояли из выступающих углом вперед реданов, расположенных друг от друга на расстоянии ружейного выстрела, т. е. 300 шагов. Реданы соединялись друг с другом валом. Между основанием реданов и валом оставались широкие промежутки*. Благодаря этому войска, занимавшие лагерь, могли не только оборонять его, но и быстро перейти в наступление, используя оставленные промежутки между реданами и валом. Таким образом, Петр I, размещая армию в укрепленном лагере, готовился не к пассивной, а к активной обороне.

* (В. Шперк, Инженерное обеспечение Полтавской битвы, изд. Военно-Инженерной Академии им. В. В. Куйбышева, 1939 г., стр, 12-22.)

Перед лагерем лежала широкая равнина; она полого спускалась к Будищенскому лесу у д. Петровка. С правой стороны она окаймлялась оврагами, отделяющими ее от лагеря. Слева, вдоль берега р. Ворскла, был густой Яковецкий лес, тянувшийся почти до самой Полтавы. Между Будищенским и Яковецким лесами простиралась прогалина шириной около 1,5 километра и длиной до 3 километров, которая выходила на равнину непосредственно к северу от Полтавы. Прогалина находилась почти под прямым углом к переднему фасу лагеря.

Через нее был единственно возможный путь наступления шведов на русский лагерь.

Поэтому Петр приказал между Вудищенским и Яковецким лесами построить 6 редутов на расстоянии 300 шагов друг от друга. Редуты также были совершенно новой формой фортификации, получившей распространение в армиях Западной Европы лишь к концу века. Постройка редутов преследовала цель стеснить маневрирование. Шведская армия в линейном построении, проходя через линию редутов, должна была неизбежно сломать свой строй. Шведы вынуждены были или штурмовать редуты, или, двигаясь в промежутки, разорвать свой сплошной линейный боевой порядок. Кроме того, они, пройдя линию редутов, оказывались флангом к русскому укрепленному лагерю. Для атаки его они должны были перестраивать боевой порядок в новом направлении под огнем русской артиллерии.

Таким образом, Петр I продуманно и оригинально подготовил поле будущего сражения. Французский маршал Мориц Саксонский (первая половина XVIII века), который перенял у Петра систему редутов, оценивая фортификационную подготовку Петра перед Полтавским сражением, писал: "Вот каким образом, благодаря искусным мерам, можно заставить счастье склониться в свою сторону"*.

* (Сборник "Полтавская битва", стр. 229.)

Постройкой редутов Петр создал передовую позицию - идея, совершенно неизвестная военному искусству Западной Европы. Передовая позиция приобретала особенное значение в борьбе против шведской армии Карла XII, излюбленным приемом которого была внезапная сильная атака под прикрытием ночи, тумана, снегопада. И под Нарвой, и под Головчино Карл с успехом применил этот прием. Вполне можно было ожидать, что он попытается его осуществить и сейчас. Постройкой редутов Петр достигал, помимо ранее указанных выгод, и того, что первый удар шведов, в который Карл вкладывал обычно все силы, разбивался о передовую позицию русских.

26 июня на рекогносцировке весь план сражения был доведен до исполнителей.

В ходе этой рекогносцировки у Петра созрело решение усилить фортификационную подготовку поля сражения. В ночь на 27 июня он приказал построить 4 редута, перпендикулярно линии 6 ранее построенных. Это было сделано для того, чтобы еще до подхода шведов к линии редутов рассечь их боевой порядок. К началу наступления шведов 2 крайних редута были еще не закончены.

Петр предполагал приступить к решительным действиям 29июня - день, когда должен был прибыть украинский гетман с казаками.

Тем не менее, находясь в непосредственной близости от шведов, он привел армию в боевую готовность. Петр хорошо изучил приемы ведения войны, применяемые Карлом XII, и учитывал его склонность к внезапным и стремительным ударам.

Полтавское сражение 27 июня 1709 г.
Полтавское сражение 27 июня 1709 г.

Все полки русской армии получили боевую задачу и с вечера 26 июня заняли места, предназначенные им по плану боя.

Редуты были заняты гарнизонами, состоявшими из 2 батальонов. Все 17 драгунских полков под командой Меншикова стали за редутами в две линии; 56 батальонов пехоты заняли укрепленный лагерь, имея часть пехоты, построенной за его флангами. Артиллерия была объединена в руках Брюса и развернута на переднем фасе укрепленного лагеря.

Передовые части украинских казаков заняли Мал. Будище и выдвинулись к дороге из Полтавы в Решетиловку.

Русское охранение расположилось на западных опушках Будищенского и Яковецкого лесов.

26 июня Петр I объехал все полки своей армии, воодушевляя их и призывая постоять за родину. Все современники отмечают большой подъем духа русских войск, воодушевленных стремлением разгромить интервентов.

К ночи на 27 июня армия была полностью готова к бою и ночевала в боевых порядках.

Карл XII также готовился к предстоящему сражению. По свидетельству Гилленкрока, днем 26 июня он был вызван к королю, у которого находился фельдмаршал Реншильд. Король поручил Гилленкроку разбить всю пехоту на четыре колонны, а Реншильду конницу - на шесть колонн. Вечером того же дня вся армия была построена северо-восточнее Полтавы фронтом к прогалине на расстоянии не более 3 километров от русских редутов.

В первой линии были четыре колонны пехоты по 6 батальонов каждая. Во второй линии - шесть колонн конницы. Четыре средние колонны состояли каждая из 6 эскадронов, две фланговые колонны - из 8 эскадронов. Артиллерии при армии было всего 4 орудия. В таком боевом порядке шведская армия расположилась на ночлег в ожидании предстоящего боя.

Карла пронесли на носилках по фронту всех полков. Он воодушевлял своих ветеранов, напоминая предыдущие победы и приглашая всех на пир в русском лагере.

Никаких иных приказаний Карл не отдал. Повидимому, у него самого не было плана будущего сражения. Частные начальники, командиры колонн, никаких боевых задач не получили. Карл XII, ссылаясь на рану, передал формально командование фельдмаршалу Реншильду. При подготовке сражения и в ходе самого сражения командовал армией фактически сам Карл.

Никаких мер по разведке русского расположения ни король, ни Реншильд не приняли. Шведы точно не знали, где, в каком положении, в каком составе находится армия Петра.

Карл знал об ожидаемом подходе казаков Скоропадского и поэтому решил атаковать армию Петра до соединения с казаками. Атака должна была состояться на рассвете 27 июня и, как полагал Карл XII, внезапно.

В 2 часа 27 июня Карл подал сигнал к наступлению. Шведские колонны двинулись по прогалине между лесами. Даже и сейчас разведка впереди наступающих колонн отсутствовала. По рассказу Гилленкрока, впереди шведской пехоты ехал сам фельдмаршал Реншильд в сопровождении Гилленкрока и нескольких офицеров. Они первыми из шведов заметили в предрассветных сумерках, что русские строят редуты (2 крайних, не законченные постройкой).

На их глазах русские пробили тревогу, работа прекратилась, и гарнизон изготовился к бою.

Реншильд и сейчас не отдал никаких распоряжений. Приблизившиеся колонны шведской пехоты без приказа пошли в атаку.

Построение шведской армии и ее движение вперед наблюдались активно действовавшей русской разведкой. Когда шведы подошли к передовым редутам, русские войска были уже готовы к бою.

Шведы, юворится в журнале Петра I, "с такой фуриею напали, чтоб не только конницу нашу разорить, но и редутами овладеть".

Недостроенные 2 головных редута были взяты шведской пехотой с ходу, 2 ближайших поперечных редута, поддержанные огнем соседей, устояли.

Шведские колонны, не получая никаких приказов, действовали самостоятельно, бой развивался беспорядочно. Попытка левофланговых колонн шведской пехоты атаковать линию редутов была отбита огнем гарнизонов и атаками русской конницы. Шведская конница, вырвавшись в промежутки между пехотными колоннами, оттеснила русских драгун за линию редутов. Но, встреченная перекрестным огнем, вынуждена была отойти. Левофланговые колонны конницы шведов сделали неудачную попытку обойти линию редутов со стороны Будищенского леса.

Только после ряда беспорядочных, неудачных атак шведское командование пытается организовать бой.

Карл XII и Реншильд направляют главные усилия своих войск против правого фланга русских, стремясь обойти редуты и пройти в узкий промежуток между Будищенским лесом и правофланговым редутом.

Конница Меншикова продолжала отражать неоднократные атаки шведской конницы, поддержанной пехотой. Меншиков лично принимал участие в рукопашных схватках; две лошади под ним были убиты.

"Кавалерия с неприятельской на палашах рубилась и, въехав в неприятельскую линию, 14 штандартов и знамен взяла".

Петр I, наблюдавший за боем, решил, что настало время отвести конницу с передовой позиции, так как одна она не могла сдержать напор всей шведской армии и в конце концов была бы опрокинута. Необходимо было во-время отвести ее нерасстроенной.

Два приказания, посланные Петром Меншикову об отходе, остались неисполненными. Меншиков, забыв об общем плане сражения и опьяненный успехом, просил Петра прислать ему не-

сколько пехотных полков, чтобы на линии редутов разбить шведскую армию.

В разгар боя правофланговые колонны шведов - пехота генерала Росса и конница генерала Шлиппенбаха - прошли южнее 2 уцелевших поперечных редутов. Взять редуты они не смогли и отошли к северной опушке Яковецкого леса. Когда остальная часть шведской армии, пытаясь прорваться через линию редутов, подалась налево, между ней, колоннами Росса и Шлиппенбаха образовался разрыв. Изолированное, опасное положение последних было естественным следствием отсутствия у шведов разведки и плана боя.

Схема 12. Сражение под Полтавой (1-й этап - бой на редутах)
Схема 12. Сражение под Полтавой (1-й этап - бой на редутах)

Петр, зорко наблюдавший за боем, немедленно приказал Меншикову с 5 драгунскими полками левого фланга и 5 батальонами пехоты, посланной из укрепленного лагеря, уничтожить отряды Росса и Шлиппенбаха.

Командование остальной частью конницы передавалось Боуру, который по приказу Петра отвел ее с линии редутов. Опасность маневра конницы Боура заключалась в том, что, пройдя линию укрепленного лагеря, она должна была под прямым углом сменить фронт и стать правее лагеря. Этот маневр нужно было проделать в такой близости от оврагов, отделяющих лагерь от деревни Семеновка, что при энергичном преследовании шведской конницы была опасность для русской конницы быть сброшенной в эти овраги.

Боур блестяще выполнил трудный маневр. Отбив очередную атаку шведов, он внезапно для них галопом повел свою конницу и беспрепятственно стал правее лагеря.

После отхода русских драгун шведы прорвались через линию редутов.

Из-за пыли, поднятой ускакавшей конницей Боура, шведские колонны, продолжая движение вперед, не заметили русского лагеря и правым своим флангом приблизились к нему на расстояние не более 100 шагов. Внезапно для них вся русская артиллерия открыла им во фланг огонь картечью.

Правый фланг шведов смешался, солдаты бросились влево, нарушив весь боевой порядок. Русская артиллерия продолжала вести огонь.

Вся шведская армия в беспорядке хлынула к опушке Будищенского леса. По свидетельству Гилленкрока, только сейчас шведское командование заметило отсутствие колонн Росса и Шлиппенбаха.

Карл приказал отправить несколько полков конницы отыскать эти отставшие колонны и привести их к главной армии.

Между тем Росс и Шлиппенбах, не получая приказов короля, сосредоточились на северной опушке Яковецкого леса и не знали, что им делать дальше.

В этом положении они были атакованы отрядом Меншикова и потерпели поражение. Конница Шлиппенбаха была уничтожена.

Пехота Росса по густому лесу, без дорог, отошла к Полтаве.

Посланный Карлом на помощь отряд конницы подошел к опушке Яковецкого леса, но там уже все было кончено. Отряд поспешно отступил к армии Карла, принеся ему весть о гибели правофланговых колонн.

Еще решительного сражения не произошло, а шведы уже потеряли 6 батальонов пехоты и 11 эскадронов конницы.

Меншиков, успешно выполнив приказ Петра, послал пехоту своего отряда преследовать Росса, а сам с конницей вернулся к главным силам армии.

Первоначально Петр, видимо, предполагал встретить атаку шведов в укрепленном лагере, рассчитывая последующим контрударом разгромить противника. Для этого значительную часть пехоты он вывел из лагеря и расположил ее за обоими его флангами.

Бой за редуты закончился в 6. 00. Время шло, а шведы все не появлялись со стороны Будищенского леса. Петр стал уже опасаться, не отступили ли шведы к Полтаве. Конная разведка Петра донесла, что шведы строятся в боевой порядок. Петр решил дать бой ослабленной армии шведов в открытом поле, не дожидаясь ее атаки в укрепленном лагере. В источниках есть отдельные упоминания, что только сейчас для Петра стал ясен состав войск, выведенных Карлом для боя. До сих пор он не знал о сильных отрядах, выделенных шведским королем для обеспечения своих коммуникаций, охраны артиллерийского парка и для осады Полтавы. Вполне возможно, что Петр в начале сражения считал шведскую армию значительно сильнее, чем она была на самом деле.

Русская армия начала строиться перед лагерем фронтом на Будищенский лес. Из всех 58 батальонов было построено для боя 42 и все 17 драгунских полков (69 эскадронов).

Остальные 16 батальонов пехоты распределялись так: 2 батальона составляли гарнизоны редутов, 6 батальонов, оставленные для обороны укрепленного лагеря, одновременно являлись общим резервом, 3 батальона Петр послал занять монастырь, находившийся по дороге к Полтаве, 5 батальонов, как мы уже упоминали, были направлены Меншиковым для преследования Росса.

Армия была построена в две линии. Каждый пехотный полк имел один батальон в первой линии, один во второй. Этим достигалось лучшее взаимодействие между линиями. Драгунские полки также имели по 2 эскадрона в каждой линии. Артиллерия была равномерно рассредоточена по всему фронту пехоты.

В центре стала пехота под общим командованием генерала Репнина, имея в первой линии 24 батальона и во второй - 18 батальонов. На правом фланге стали 11 драгунских полков под командой Боура (23 эскадрона в первой линии и 22 эскадрона во второй); на левом фланге - 6 отборных драгунских полков под командой Меншикова (12 эскадронов в первой линии и 12 эскадронов во второй).

В русской армии под Полтавой, наравне со старыми полками, были и вновь сформированные, еще не имевшие боевой закалки. Один из таких полков не получил даже формы и был в обычных крестьянских серых сермягах. Петр I еще перед сражением, учитывая возможность шведского удара по выделяющемуся своей одеждой полку, приказал обменяться платьем этому новому полку со старым, надежным Новгородским полком.

Петр I перед фронтом построенной армии произнес речь.

"Воины! Вот пришел час, который решит судьбу отечества, - говорил Петр. - И так не должны вы помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство, Петру врученное, за род свой, за отечество... Не должна вас также смущать слава неприятеля, будто бы непобедимого, которой ложь вы сами своими победами над ним неоднократно доказывали... А о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и славе, для благосостояния вашего!"*.

* (Л.Г. Бескровный. Хрестоматия по русской военной истории, изд. 1947 г., стр. 138.)

Второй этап Полтавского сражения
Второй этап Полтавского сражения

Петр вручил армию Шереметеву, а сам принял на себя командование пехотной дивизией центра. Фактически же Петр не упускал из своих рук нити управления всей армией.

В 9 часов утра русская армия развернутым строем двинулась на шведов.

Карл, приведя свою армию в порядок, построил ее к бою.

Она состояла из 18 батальонов пехоты, 29 эскадронов конницы; численность ее не превышала 18 000 человек.

В то время как Петр к решительному моменту боя сосредоточил до 80 процентов всех сил армии, Карл не сумел обеспечить даже равенства сил. Из 26 батальонов он имел под рукой 18, а из 89 эскадронов конницы, основной силы шведской армии, только 29 эскадронов.

Ссылки шведских историков на то, что у Карла под Полтавой было слишком мало сил, справедливы только с существенной поправкой, что их король бесталанно разбросал свои войска для выполнения второстепенных задач и к решительному бою не сумел создать выгодного соотношения сил.

Для того чтобы фронт шведской армии не уступал русскому, Карл построил пехоту в одну линию, имея во второй линии только 3 батальона; на правом фланге стало 15 эскадронов, на левом - 14 эскадронов.

В таком боевом порядке шведская армия двинулась навстречу русским. Когда стала видна линия русских, Карл, воспользовавшись советом одного перебежчика, решил главный удар направить на выделяющийся от остальных полков своими серыми сермягами батальон Новгородского полка. Он полагал, что это новобранцы и их строй легче всего будет прорвать.

2 шведских батальона по приказу короля сомкнули фронт так плотно, что уравняли его с фронтом батальона новгородцев.

Карл хотел усилить удар своей армии за счет уплотнения боевых порядков. В этом мероприятии и выявилось все тактическое "искусство" шведского короля. В сравнении с продуманным, последовательным руководством Петра оно производит жалкое впечатление.

По приказу Реншильда правое крыло шведов выдвинулось несколько вперед и первым атаковало русских.

Когда обе армии сблизились на дистанцию выстрела, завязался огневой бой. Многочисленная русская артиллерия громила шведскую пехоту, поэтому шведам было выгоднее быстрее сблизиться и ударить в штыки. Их правое крыло первым завязало штыковой бой, который вскоре распространился по всей линии.

Схема 13. Сражение под Полтавой (2-й этап)
Схема 13. Сражение под Полтавой (2-й этап)

Два шведских батальона, воодушевляемые лично Карлом, атаковали батальон Новгородского полка, стоявший в центре русской линии. Как ни упорно дрались новгородцы, фронт их был прорван яростно атакующими шведами. Петр, который находился за центром армии, лично повел к месту прорыва второй батальон новгородцев. Воодушевляемые Петром, новгородцы - "вскоре с примкнутыми штыками на неприятеля наступили, поколов всех, в линию паки стали". Опасность прорыва быстро была ликвидирована. Петр находился в самой гуще боя. Его могучая фигура не могла не привлечь огня шведских стрелков. Одна пуля пробила шляпу Петра, другая - седло.

Петр на деле, в бою, подтвердил слова своего приказа: "а о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, только бы жила Россия в блаженстве и славе".

Прорыв первой линии Новгородского полка был единственным успехом шведов. Но он не мог представлять опасности для русской армии, так как во второй линии стояли еще не тронутыми 18 батальонов.

Вскоре левый фланг русской конницы, а несколько позднее и правый, охватили оба шведских фланга.

Шведская конница не выдержала дружного натиска русских драгун и подалась назад, обнажая фланги своей пехоты. Вся шведская линия заколебалась. Петр, заметив перелом в сражении, подал сигнал к общей атаке.

Шведы были опрокинуты и побежали обратно к Будищенскому лесу. Напрасно Карл, поднятый на руках, пытался остановить бегущих.

Русская пехота и конница яростно преследовали бегущих. У Будищенского леса Петр остановил свою пехоту, конница же продолжала преследование.

В то время как на равнине перед русским лагерем решалась судьба боя, 5 батальонов, направленные Меншиковым для преследования Росса, настигли его в шведских укреплениях, построенных вдоль берега р. Ворскла, юго-восточнее Полтавы. Окруженный русским отрядом, Росс без боя сдался. Русский отряд, продолжая наступление дальше, ворвался в шведский лагерь и без сопротивления овладел им. Был захвачен в плен канцлер шведского королевства Пипер, весь секретный фонд короля и два миллиона ефимков саксонской монеты.

Шведская армия потерпела страшное поражение.

Русская армия была построена на поле боя.

Петр I, сняв шляпу, объехал свои победоносные полки, благодарил солдат и офицеров за одержанную победу. Тут же перед фронтом армии провели пленных шведских генералов, в числе которых был сам фельдмаршал Реншильд, и пронесли захваченные шведские знамена.

Подведенные итоги Полтавской битвы показали, какую большую победу одержали русские. Шведы потеряли в бою и во время преследования 9334 человека убитыми, взято было в плен: 1 фельдмаршал, 4 генерала, 186 штаб- и обер-офицеров и 2587 рядовых. Общие потери шведов составляли 12 208 человек. Захвачено было 133 шведских знамени и штандарта.

Потери русских были намного меньше: они составляли 1345 человек убитыми и 3290 ранеными; всего - 4625 человек.

Вечером 27 июня Петр послал 10 драгунских полков и Семеновский пехотный полк под командой Боура и М. Голицына преследовать остатки шведской армии.

Он приказал объявить коннице: "чтобы с великой прилежностью трудились искать короля шведского", обещая тому, кто возьмет его в плен, "пожаловать рангу генеральского и сверх того награждением ста тысячам рублев".

На следующий день Меншиков выехал вслед за Боуром и принял команду над отрядом.

Сам Петр с 2 пехотными и 6 драгунскими полками двинулся 30 июня вслед за Меншиковым.

Между тем бегущая шведская армия устремилась к Днепру.

Вечером 29 июня Карл достиг Переволочно. Он предполагал собрать остатки армии, переправиться через р. Ворскла у ее устья, где имелись пять паромов, и степью итти в турецкие владения к Очакову. Из Очакова он надеялся через Молдавию выйти к Львову и затем соединиться с Лещинским.

Но осуществить и этот авантюристический план ему не удалось. Драгуны Меншикова вынудили Карла переправиться на правый берег Днепра, после чего он бежал к Очакову.

Всего переправилось с Карлом около 1000 шведов и до 1000 казаков вместе с изменником Мазепой. Оставляя армию под командой Левенгаупта, Карл взял с него обещание, что он немедленно поведет ее через степь по левому берегу р. Днепр к Очакову.

30 июня рано утром отряд Меншикова вплотную подошел к шведскому расположению. Меншиков потребовал от шведов немедленной и безусловной капитуляции, угрожая в противном случае полным их истреблением.

Деморализованная шведская армия не оказала сопротивления и сдалась. Было взято в плен 3 генерала, 15 921 офицер и солдат; захвачено 28 орудий, 172 знамени и штандарта.

Драгуны генерала Волконского преследовали остатки шведской армии до турецкой границы.

На переправе через р. Южный Буг Волконский настиг отряд Карла. Большинство шведов было порублено, 260 взято в плен; Карлу только с двумя сотнями шведов удалось укрыться в турецких владениях.

Общие потери шведов под Полтавой составляли около 11 500 убитыми и ранеными, считая и 2000 потерянными в штурме Полтавы 21 и 22 июня, и 18 794 пленными. Всего около 30 000 человек, не считая потерь запорожцев и казаков Мазепы.

Полтавское сражение было кульминационным пунктом всей Северной войны, генеральным сражением, определившим дальнейший ее ход.

Белинский писал об этой битве: "Полтавская битва была не просто сражение, замечательное по огромности военных сил, по упорству сражающихся и количеству пролитой крови; нет, это была битва за существование целого народа, за будущность целого государства".

Стратегические и политические результаты победы были огромны. Могущество воинственной Швеции, еще недавно внушавшее опасение всем соседям, с гибелью армии Карла под Полтавой испарилось, как дым. Подорванные продолжительной войной ресурсы Швеции не позволили Карлу восстановить былую силу армии. Потеряв свое военное могущество, Швеция утратила и весь свой политический престиж. Произошла перегруппировка сил на северо-востоке Европы. Руководящая роль перешла к России. Энгельс писал, что Карл XII сделал попытку проникнуть внутрь России; этим он погубил Швецию и показал всем неуязвимость России.

Стратегическое значение Полтавской победы прежде всего заключалось в том, что погибла большая часть полевой шведской армии. К началу похода у Карла XII было 74 000 полевых войск, остальные 42 000 были гарнизоны крепостей и пополнения. За время похода в Россию погибла 51 000 человек. Из всех полевых Еойск у Швеции остались только 2 корпуса: Финляндский - Либекера (15 000 человек) и в Польше - корпус Крассау (8000 человек). После Полтавы у шведов не было войск для активного продолжения войны. Швеция уже не могла выставить новую полевую армию.

В тактическом отношении Полтавское сражение представляет большой интерес и резко выделяется на фоне других сражений эпохи. На опыте Полтавы учились поколения русских военачальников. В творчестве лучших полководцев XVIII века - Салтыкова, Румянцева, Суворова, Кутузова, при всей их оригинальности и самобытности, мы находим следы замечательной петровской победы.

Остановимся лишь на наиболее характерных особенностях тактического творчества Петра, определивших самобытный характер русской военной школы.

В западноевропейских армиях той эпохи не придавали решающего значения сосредоточению численно превосходящих сил для генерального сражения, жертвуя второстепенными объектами.

Маневр на коммуникациях противника приобретал все большее значение. Поэтому и считали возможным перед сражением выделять многочисленные отряды для охраны своих коммуникаций, обороны укрепленных пунктов и для действий на коммуникациях противника.

Линейный боевой порядок, с его шаблонным построением параллельно неприятельскому фронту, не давал возможности эффективно использовать численный перевес войск в бою.

Карл XII не смог полностью оторваться от господствовавшего в Западной Европе шаблона в военном искусстве, хотя и располагал армией с более высоким моральным уровнем, чем западноевропейские вербованные армии. В распределении сил перед Полтавским сражением полностью сказалось его преклонение перед существовавшими на Западе теориями. Он не сумел сосредоточить на поле сражения максимум своих сил. Карл XII для осады Полтавы и для обеспечения существующих коммуникаций оставил 6000 шведских войск и 8000 - 10 000 казаков, т. е. до 40 процентов всех своих сил.

Петр же, наоборот, готовясь к генеральному сражению, стремился сосредоточить на поле боя максимум сил. Он собирает в лагере у деревни Петровка всю свою армию.

К полю сражения подтягиваются казаки Скоропадского. В противоположность Карлу, Петр считает, что в сражении нет лишних батальонов и эскадронов.

В результате различного подхода к вопросу сосредоточения сил на поле сражения Петр имел собранными все свои 40 000 человек, а Карл XII только 24 000 человек, хотя общая численность обеих армий в районе Полтавы была одинаковой. Здесь впервые в русском военном искусстве (да и военном искусстве вообще) Петр осуществил принцип, впоследствии сформулированный Суворовым: "Никогда не разделять сил для охранения разных пунктов. Если неприятель перейдет за пункты сии, тем лучше: он приближается к тому, чтоб разбиту быть".

Готовясь к сражению, Петр тщательно рекогносцирует местность, продумывает сам и обсуждает на военном совете все детали предстоящего сражения, составляет его план. Характерно, что план сражения Петр доводил до всех исполнителей заранее. Хотя письменного плана боя и не составляли, но исполнители хорошо знали его, участвуя в обсуждении и рекогносцировке на местности. Петр требовал, чтобы боевую задачу знали не только офицеры, но даже и солдаты. Объезд вечером 26 июня Петром всех полков преследовал цель не только поднять моральное состояние войск, но и довести боевую задачу до солдата. В век, когда в Западной Европе солдата рассматривали только как живой механизм, Петр практически осуществляет принцип, сформулированный впоследствии Суворовым: "каждый солдат должен понимать свой маневр".

Форма сражения - активная оборона с последующим переходом в наступление - не соответствовала стилю военного искусства того времени. Активная оборона отвечала состоянию молодой русской армии.

Наиболее сильной стороной шведов в сражении была способность их к быстрому маневрированию на поле боя и стремительным атакам.

Решаясь обороняться, Петр стремился нейтрализовать эти сильные стороны шведской армии. План оборонительного сражения был так хорошо продуман Петром, что хотя шведы и являлись наступающей стороной, однако они фактически вынуждены были подчиниться воле Петра.

В неразрывной связи с избранной Петром формой активной обороны стоит выбор местности для сражения и подготовка поля битвы.

Мы уже неоднократно отмечали иной, чем в западноевропейских армиях, подход Петра к оценке местности. Он искал закрытой, пересеченной местности, затруднявшей маневрирование линейного боевого порядка. В этих условиях моральное превосходство русской армии проявлялось с большей силой. Для русской армии были необходимы новые формы, соответствующие ее высокому боевому духу.

Подготовка поля сражения Петром тоже характерна не только с точки зрения искусства усиления естественных свойств местности фортификацией и новыми формами укреплений, но и необычной для уровня военного искусства того времени глубиной русской обороны. В эпоху господства линейных форм боя Петр создал глубокую многоэшелонированную оборону, которую шведам было невозможно сломить одной яростной атакой.

Создание передовой позиции на линии редутов должно было не только расстроить линейный боевой порядок шведов, но и нейтрализовать их первый, самый сильный, в условиях линейного боевого порядка, удар. Петр строит бой из глубины. Не первый удар решал судьбу сражения, а последний. В ходе боя Петр создавал наиболее выгодные условия для последнего, решающего натиска.

Отсюда иначе, по-новому, решается Петром вопрос о резервах. Полководцы Западной Европы резервам не придавали решающего значения. В линейном боевом порядке вторая линия не была резервом, она была линией поддержек.

Петр в первоначальном построении, ожидая в укрепленном лагере атаки шведов, часть пехоты и всю конницу построил за флангами лагеря. Это была уже не вторая линия, а резерв, удар которого должен был решить судьбу сражения.

В последнем, решающем бою Петр тоже оставил в лагере 6 батальонов пехоты, составлявших резерв.

Построение боя из глубины, возрождение Петром идеи общего резерва, долженствующего решить судьбу боя, - все это были элементы нового военного искусства.

Таким образом, Полтавское сражение, где Петр применил весь накопленный им боевой опыт, является вехой в развитии русского военного искусства. Это было самостоятельное, оригинальное и, Главное, передовое военное искусство.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







Пользовательского поиска




Рейтинг@Mail.ru

При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:

http://weapons-world.ru/ "Weapons-World.ru: Энциклопедия вооружения 'Мир оружия'"