НОВОСТИ    РАССЫЛКА    БИБЛИОТЕКА    НОВЫЕ КНИГИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    КАРТА САЙТА    ССЫЛКИ


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Подвиг танкостроителей

Постановление №1 Государственного Комитета Обороны, созданного 30 июня 1941 года, посвящено мерам по увеличению выпуска танков. Это был вопрос первостепенной важности. Фашистская танковая лавина двигалась на восток. Ее не остановить танками с противопульной броней. Требовалось немедленно увеличить выпуск Т-34 и КВ. При этом уже в первые дни войны с трезвой дальновидностью намечено было развертывание танкового производства на Урале.

Теперь даже трудно представить себе, что до 22 июня 1941 года уральские заводы не выпустили ни одного танка, что продукция эта была им незнакома. Трудно потому, что каждый танкист-фронтовик знает: танки в годы войны шли с седого Урала. Как гиганты танкостроения завоевали славу Уралмаш, челябинский Кировский завод, уральский танковый завод № 183. В 1943 году эти предприятия давали две трети всей продукции Наркомата танковой промышленности.

Трудовой Урал внес неоценимый вклад в решение важнейшей задачи - обеспечить нашей армии по танкам не только качественное, но и количественное превосходство над врагом. Надо ли говорить, что эта задача была неимоверной, нечеловеческой трудности.

Октябрь 1941 года... Враг на подступах к Москве. Именно в эти дни в старый уральский город начали приходить эшелоны из Харькова. Харьков был уже в руках врага, но посланные им эшелоны дошли сюда. С первым из них прибыли чертежи и техническая документация на танк Т-34. Производство этой машины предстояло теперь возродить на заводе, ранее выпускавшем другую продукцию.

В эти же дни в Челябинск на тракторный завод шли эшелоны из осажденного Ленинграда с оборудованием Кировского завода. Там необходимо было организовать производство тяжелых танков КВ. На колесах двигался моторный завод, выпускавший танковые дизели В-2.

Превращение восточных районов страны в могучий арсенал фронта - великая заслуга нашей партии, ярчайшее доказательство преимуществ социалистической экономики. Ведь в июле - ноябре 1941 года эвакуировали и разместили на Урале, в Сибири, Поволжье и Казахстане 1523 предприятия, в том числе 1360 крупных, преимущественно военных заводов. Для размещения эвакуированных предприятий не хватало производственных площадей. Московский завод "Калибр", например, был размещен в Челябинске в недостроенном здании оперного театра. А некоторые крупные предприятия начинали свою вторую жизнь буквально на пустом месте, в тайге. Естественно, что это не могло не отразиться на выпуске боевой техники и оружия для фронта.

Как раз в дни и недели, когда танки были особенно необходимы фронту, когда враг угрожал Москве, производство их из-за вынужденной эвакуации ряда заводов упало до самого низкого уровня. А в это же время на гитлеровцев работали не только мощные предприятия в самой Германии, но и танковые заводы Чехословакии, Франции и других оккупированных стран Европы. И вот Урал, начав, как говорится, с нуля, должен был внести решающий вклад в изменение этого крайне неблагоприятного положения.

...Урал встретил харьковчан ранней и необычно суровой в том году зимой. Прибывшие строили себе бараки, рыли землянки, разгружали различное оборудование, монтировали его в опустевших цехах местного завода. Этот завод - детище первой пятилетки - имел хорошую энергетическую и металлургическую базу, его главный корпус длиной почти в километр вполне отвечал условиям танкового производства. Но опыта изготовления таких машин здесь не было. К тому же многие квалифицированные рабочие ушли на фронт. А ведь налаживание серийного производства таких сложных машин, как танки, даже в нормальных условиях требует немало времени. Теперь два коллектива - уральцев и харьковчан, слившись в один, должны были решить эту задачу в считанные недели и дни.

Днем и ночью непрерывно шла разгрузка и монтаж оборудования. От мороза сводит тело, коченеют пальцы. Но люди почти не уходят с завода, работают самоотверженно - враг под Москвой, фронту нужны танки.

Вначале оборудование монтировалось по знакомой харьковской схеме. Но ведь танков предстоит выпускать в несколько раз больше. Прибывший на завод Нарком танковой промышленности В. А. Малышев распорядился перепланировать цехи, специализировать их на выпуск готовых узлов так, чтобы обеспечить подлинно массовое производство танков.

Смонтированные станки сразу же начинают работать. В механических цехах уже растут горки танковых деталей уральского производства. Но сборочный пока пуст: собирать еще нечего. Идет монтаж конвейера. Пустить его, вдохнуть в него жизнь - вот к чему устремлены усилия всего коллектива от ученика до директора.

Директор завода Ю. Е. Максарев, парторг ЦК ВКП(б) С. А. Скачков почти все время в цехах. Главная задача - превратить пока еще не организованные массы людей в единый, слаженный, работоспособный коллектив танкостроителей, наладить выпуск столь необходимых фронту танков.

Вот когда в полной мере была оценена классическая простота и технологичность конструкции Т-34. Эти качества танка, конечно, не родились сами собой, случайно. С самого начала по инициативе М. И. Кошкина конструкторы работали в тесном контакте с технологами и мастерами-производственниками. С первых листов чертежей велась борьба за максимальную простоту каждого узла, каждой детали, за пригодность танка для массового выпуска. Много помогли конструкторам технологи Н. Ф. Мельников, С. Б. Ратинов, А. И. Соколянский, В. Г. Померанцев, А. Н. Чинов. Не случайно американские специалисты отмечали позднее, что "русские танки - в основном машины хорошей конструкции, удобные для массового производства при полуквалифицированной рабочей силе".

Видимо, сами того не желая, американцы высказали очень большую похвалу и конструкторам, и технологам танка, которые словно бы предвидели, что производство его придется налаживать в сложных условиях, когда вместо ушедших на фронт рабочих в цех придут вчерашние домохозяйки и колхозники, безусые мальчишки и девочки с косичками, когда соберутся в одном коллективе уральцы, харьковчане, ленинградцы, русские, украинцы, казахи, узбеки, марийцы... И налаживать им придется еще неизвестное мировой практике массово-поточное производство танков.

Боевые машины на потоке! Это казалось фантазией, но только конвейер мог обеспечить высокий эффект труда малоквалифицированных рабочих, обеспечить производство танков в нужном количестве и необходимого качества.

Главный конструктор А. А. Морозов, его заместитель Н. А. Кучеренко, конструкторы М. И. Таршинов, Я. И. Баран, А. И. Шпайхлер и другие почти не уходят с завода. На месте в цехах они выявляют трудности, ищут и находят новые, еще более простые варианты конструкции, которые без ущерба для качества позволят облегчить изготовление деталей, монтаж узлов. Но особенно сложные задачи у технологов, которых возглавляют С. Я. Кац и И. В. Окунев. Они на переднем рубеже борьбы за поток. Надо создать новую технологию. Оборудование и рабочие места должны быть размещены в порядке последовательности производимых операций. Нужны новые, высокоэффективные приспособления, хороший инструмент, средства механизации, заменяющие ручной труд...

Работы идут полным ходом, круглосуточно, но результаты почти неощутимы: кажется, что никогда не устранить бесчисленных неувязок и нехваток. Нет необходимых станков, не хватает инструмента, под вопросом получение материалов, агрегатов и узлов от предприятий- поставщиков - некоторые из них пока находятся на колесах. И все-таки декабрьским морозным утром 1941 года произошло небывалое: огромный кран поднял танковый корпус под крышу цеха и понес его к началу сборочного конвейера. Начался монтаж агрегатов первого танка. Правда, пока лишь часть их изготовлена на месте, многие агрегаты еще харьковского производства. Но конвейер ожил, двинулся.

В разгар начавшегося контрнаступления под Москвой - 8 декабря - в сборочном цехе собрался митинг. Водитель-испытатель коммунист Ф. В. Захарченко, волнуясь, влезает в люк первого собранного на Урале танка. Уверенно заревел двигатель. Танк под могучее "ура" собравшихся покидает сборочный корпус и стройный, быстрый, с поднятой по-боевому пушкой уходит в первый испытательный пробег.

Эта победа была сродни чуду - ведь со дня прибытия чертежей и оборудования прошло всего 55 суток. А 20 декабря 1941 года на фронт двинулся эшелон уже с 25 тридцатьчетверками. В марте 1942 года Уральский танковый вышел на довоенный уровень выпуска танков в Харькове. Это было много, если учесть, с чего все начиналось здесь, на Урале. Но это было и ничтожно мало, если иметь в виду потребности огромного фронта от Мурманска до Севастополя.

Один из цехов танкового завода в годы войны
Один из цехов танкового завода в годы войны

Правда, к тому времени челябинский Кировский завод тоже добился выдающееся успеха - начал выполнять план выпуска танков. Здесь были свои трудности. Базой танкового производства в Челябинске стал тракторный завод. Об этом предприятии, вступившем в строй в 1933 году, Серго Орджоникидзе говорил на XVII съезде партии: "Я много видел у нас различных строек - и хороших, и плохих, но такой прелестной стройки, как Челябинский тракторный завод, другой такой у нас нет. Надо отдать справедливость и строителям и товарищам уральцам... что завод построили отлично".

Но, как ни странно, то, что ЧТЗ был первоклассным предприятием, создало специфические трудности. Ведь производство танков требовало серьезного изменения технологического процесса, перепланировки и перестройки оборудования, изготовления новой оснастки, инструментов - короче говоря, коренной ломки и перестройки почти всех цехов.

А ломать то, что еще недавно было отлично построено, - трудно. Некоторые кадровые работники завода буквально плакали... Но главное в том, что хорошо налаженное массово-поточное производство тракторов не требовало высокой квалификации рабочих. Иное дело - танк, особенно такой, как КВ. Он пока изготавливался небольшими сериями с подгонкой многих сложных деталей и наладкой узлов опытными мастерами. Поэтому и здесь потребовалось прежде всего максимально упростить конструкцию многих узлов танка, приспособить их к условиям массового производства. В сжатые сроки конструкторский отдел, который возглавлял Н. Л. Духов, проделал огромную работу. Хорошо потрудились и технологи, организовывая технологический процесс так, чтобы не требовалось уникальное оборудование, высокая квалификация рабочих.

Переломным здесь оказался октябрь 1941 года, когда на ЧТЗ прибыли 6000 рабочих и 700 станков с ленинградского Кировского завода. Кроме того, на территории ЧТЗ разместились Харьковский дизельный завод, возобновивший производство танковых дизелей В-2, московский "Красный пролетарий", московский завод шлифовальных станков, позднее - часть Сталинградского тракторного... Возникшее гигантское предприятие танкисты- фронтовики позднее назвали Танкоградом.

Уже в осенних боях под Москвой участвовали выпущенные челябинским заводом танки КВ (с двигателем М-17). Однако вскоре выявилась необходимость существенного улучшения конструкции этого тяжелого танка. Конструкторы во главе с Ж. Я. Котиным занялись его модернизацией. Одновременно завод в короткий срок (за 33 дня) наладил выпуск хорошо зарекомендовавших себя танков Т-34. Огромную пользу принесли здесь тесный контакт и взаимопомощь двух коллективов танкостроителей - Уральского танкового завода и челябинского Кировского. С мая 1942 года на фронт пошли челябинские Т-34 с пятискоростной коробкой передач. Завод продолжал их выпускать и позднее параллельно с разработанным вместо КВ более маневренным и надежным танком КВ-1с. В дальнейшем челябинский Кировский стал единственным поставщиком для фронта тяжелых танков ИС и САУ на их базе.

Вернулся к танкостроению и старейший русский завод "Красное Сормово", выпустивший в 1919 году первый советский танк "Борец за свободу тов. Ленин". Родоначальник отечественного танкостроения внес свой весомый вклад в увеличение выпуска танков Т-34. Но головным предприятием по выпуску тридцатьчетверок, центром их производства оставался уральский танковый завод № 183. Здесь были успешно решены сложнейшие проблемы совершенствования конструкции танка, внедрения новой техники и передовой технологии.

Первые образцы Т-34 имели конические сварные башни из катаной брони. Производство их было трудоемким и требовало сложного оборудования. Еще в предвоенные годы по инициативе инженеров В. В. Буслаева и В. С. Ниценко на одпом из заводов впервые в мировой практике было освоено изготовление литых башен. Этот прогрессивный способ усовершенствовали и внедрили уральские литейщики. Правда, сначала они попробовали формовать в земле, как когда-то колокола: вырыли на заводском дворе котлованы и отлили несколько башен. Увидели: для массового производства такой способ непригоден. На одно остывание башен в земле уходили сутки... Сколько же потребуется рыть котлованов? Но не успокоились уральцы, пока не освоили механическую формовку, единственно пригодную для массового производства. И добились того, что стали каждые сутки давать нужное количество литых башен, отлично зарекомендовавших себя по противоснарядной стойкости на фронте.

На заводе была внедрена автоматическая сварка брони под флюсом. Сварка броневой стали - вообще непростое дело, а автоматизировать ее пока нигде в мире еще не пытались. Идею эту выдвинул и начал осуществлять обосновавшийся на территории завода институт электросварки Академии паук УССР. Возглавлял его академик Е. А. Патон.

Сварка - больное место танка. Швы скрепляют между собой броневые плиты корпуса, и должны они быть но менее прочными, чем сама броня. Работа эта по силам только высококвалифицированным сварщикам. А общая длина швов на каждом танке - десятки метров.

Сотрудники института сконструировали АСС - автомат скоростной сварки. Автоматический "шов Патона" оказался очень прочным. Корпус успешно выдержал испытания снарядным обстрелом. А по производительности один автомат мог заменить почти десять мастеров сварки. Работать же на нем по силам и женщине, и подростку. А главное - на изготовление корпуса требовалось теперь в два раза меньше времени, а значит, за сутки их можно было дать вдвое больше!

Когда с фронта пришли тревожные вести о появлении новых немецких танков, они не застали конструкторов врасплох. В короткий срок были проведены все работы по установке на танк новой, 85-мм пушки, что практически уравнивало тридцатьчетверку по огню с "пантерами" и "тиграми".

"И все же новый русский танк имел один крупный недостаток: его экипаж имел плохой обзор, особенно сбоку и сзади,- писал в своих воспоминаниях генерал Шнейдер. - Эта слабость была вскоре обнаружена в бою и при осмотре подбитых танков Т-34 и быстро учтена в тактике наших танковых войск".

Однако недолго фашистским танкистам удавалось использовать этот недостаток. Конструкторы удачно устранили его, введя так называемую командирскую башенку. Она обеспечила командиру танка быстрый круговой обзор, без поворота основной башни.

Другие, не столь существенные усовершенствования конструкции танка под влиянием опыта его боевого применения исчислялись не десятками и даже не сотнями, а тысячами.

Коллективу танкостроителей-уральцев удалось решить главную задачу - не снижая, а повышая качество машины, организовать ее подлинно массовый выпуск. Летопись завода полна примерами трудового героизма танкостроителей.

Может ли один работать за десятерых? Оказывается, может, если этого потребует война. Первым "тысячником" на заводе оказался токарь Г. П. Никитин. В феврале 1942 года он начал выполнять по 10 сменных норм. Вскоре его достижение повторил токарь-инструментальщик А. Е. Панферов. На заводе родилось движение "тысячников" - людей, отдающих труду для фронта не только физические силы до предела, по и свою творческую мысль, смекалку, опыт, технические знания и навыки. В мае на заводе были уже бригады "тысячников" - Панферова, Орлова, Занина, Косякова.

По инициативе заводских комсомольцев родились комсомольско-молодежные фронтовые бригады. Фронтовая бригада - это почетно и ответственно. Называться так могла лишь бригада, все члены которой изо дня в день перевыполняют задание. И таких бригад па заводе насчитывалось больше тысячи! Среди них бригада девушек-кузнецов, в которую входили Сима Уздемир, Шура Обобкова и Фатима Баязетова. Девушки работали на трехтонном молоте и систематически давали больше поковок, чем их сменщики, - тоже неплохо работавшая мужская бригада.

В огне боев на фронте родилась могучая советская гвардия. В трудовых подвигах на заводе рождались гвардейские бригады. Они из месяца в месяц перевыполняли нормы больше чем в три раза. Это было настолько непросто, что из 1010 фронтовых бригад звание гвардейских завоевали только пятнадцать. Первой гвардейской стала бригада Тани Бревновой. Потом гвардейцами стали ребята из бригад Василия Воложанина, Николая Гудимова, Виктора Курганова, Наума Корензаева.

Труд всех звеньев многотысячного коллектива - это детали из стали, меди, алюминия, чугуна, тысячи деталей, которые на участках и в различных цехах собираются в агрегаты и узлы танка. Как ручьи сливаются в многоводную реку, так стекаются детали, агрегаты, узлы - от шплинта до двигателя - в главный корпус, к сборочному конвейеру.

Конвейер - это главный нерв завода. Здесь происходит чудо - рождаются танки. Каждое утро секретарь партбюро сборочного цеха А, С. Черченко устанавливает Красное знамя на последнем из корпусов, стоящих на конвейере. К концу смены оно покинет цех, развеваясь на готовом танке. Ничто не должно этому помешать. Сюда часто приходят руководители других цехов, секретари парторганизаций. Ни один из них не уйдет с завода, пока танк со знаменем не сойдет с конвейера.

Работать по-фронтовому, не считаясь со временем, при любых обстоятельствах выполнить задание - это стало законом для каждого гвардейца тыла. В литейном цехе случилась авария - отказал токосъемник разливочного крана. Расплавленный металл мог застыть в ковше. Бригадир электромонтеров комсомолец Семен Харченко, не раздумывая, повис над раскаленным ковшом, прижимая башмак токосъемника к троллею, и обеспечил разливку стали.

Настоящий подвиг совершил и разливщик Д. Г. Скрипка. От перегрева отказал стопор огромного ковша - броневая сталь полилась на землю. Подойти к раскаленному ковшу, в котором клокотал металл, казалось невозможно. Но как солдат бросается на дзот, так и Денис Скрипка подбежал к ковшу. Одежда на нем вспыхнула, но разливщик, упрямо работая ключом, перекрыл стопор. Сорок пять тонн броневой стали были спасены.

...В термическом отделении вышла из строя печь - обвалились три топочные камеры. Температура внутри 160°, но ждать, когда печь остынет - терять дорогое время. И мастер Виктор Корпачев первым шагнул в жерло печи, схватил мокрыми рукавицами два кирпича и - назад. Его примеру последовал Владимир Уськов. К ним присоединились другие рабочие, в том числе две женщины - Наталья Мельчакова и Даша Тюлькина. Ремонт печи вместо трех суток занял 33 часа.

В цехах часто можно было увидеть фронтовиков-танкистов. Они приезжали сюда со всех фронтов - за новыми танками. По установленному на заводе порядку каждый экипаж, когда приходил черед, получал номер корпуса предназначенной ему машины. С самого начала, едва кран подавал корпус на сборочный конвейер, танкисты принимали участие в сборке своего танка. Они не только видели, как пустая броневая коробка постепенно начиняется узлами и агрегатами, как устанавливаются на танк двигатель, башня, вооружение. Они помогали их устанавливать, регулировать, крепить. Вот где можно было отлично изучить машину! Да и слесари-сборщики работали на совесть, видя в глаза тех, кто пойдет на этом танке в бой...

Передача воинам танковой колонны 'Тамбовский колхозник', построенной на личные сбережения трудящихся, декабрь 1942 г.
Передача воинам танковой колонны 'Тамбовский колхозник', построенной на личные сбережения трудящихся, декабрь 1942 г.

В конце конвейера, когда на новую, сверкающую свежей краской машину надевали гусеницы, механик-водитель садился за рычаги и выводил ее из цеха. Экипаж по установленной программе совершал испытательный пробег, отстрел вооружения, участвовал в тактических учениях. Потом тут же на заводе загружал снаряды и патроны, получал все, что положено - до топора и пилы. И выходило, что завод отправлял на фронт не просто машины, а танковые взводы и роты.

...Каждую ночь, ровно в три часа, в кабинете директора завода Ю. Е. Максарева, куда собирались к этому времени руководители цехов и служб, раздавался телефонный звонок. Звонили из Москвы. Один и тот же спокойный голос спрашивал, сколько танков отгружено за истекшие сутки. И не было случая, чтобы завод не додал фронту хотя бы одну машину.

Во второй половине 1942 года советские танкостроители превзошли производство танков в фашистской Германии. За этот год Советская Армия получила их больше, чем гитлеровский вермахт. В следующем году среднемесячный выпуск бронетанковой техники превысил две тысячи танков и самоходных орудий. Всего же за годы войны наша промышленность выпустила их около 100 тыс. Фашистская Германия - только 65 тыс.

"Обращение Гитлера к работникам танкостроения от 22 января 1943 года... - пишет в своих воспоминаниях Гудериан, - свидетельствовало о все растущей тревоге в связи с понижающейся боевой мощью германских бронетанковых войск перед лицом постоянно увеличивающегося серийного производства старого, но прекрасного русского танка Т-34".

Только Уральский танковый завод дал фронту за годы войны 35 000 этих превосходных машин. Из них 34999 отгружены на фронт, а танк № 35 000 накануне Дня Победы - 7 мая 1945 года установлен перед проходной завода на постамент. Внутри машины - запаянный металлический цилиндр, а в нем журнал сборки с подписями всех, кто монтировал его агрегаты - рабочих, бригадиров, мастеров. Эта тридцатьчетверка олицетворяет трудовой подвиг советских танкостроителей, выигравших здесь, на Урале, настоящую "битву за танки".

* * *

Родина высоко оценила заслуги танкостроителей. В апреле 1942 года М. И. Кошкину (посмертно), А. А. Морозову и Н. А. Кучеренко за разработку конструкции нового среднего танка была присуждена Государственная премия первой степени. Коллектив конструкторского бюро за создание Т-34 и дальнейшее улучшение его боевых качеств награжден орденом Ленина. Правительственными наградами и Государственными премиями неоднократно отмечался творческий труд конструкторов средних танков: Я. И. Барана, П. П. Васильева, А. В. Колесникова, А. А. Малоштапова, М. И. Таршинова, Б. Н. Черняка, А. И. Шпайхлера. Доблестный труд всего коллектива завода отмечен орденами Ленина, Красного Знамени, Трудового Красного Знамени и Отечественной войны I степени.

Не менее высоких наград удостоены создатели советских тяжелых танков и САУ. Главные конструкторы танков КВ и ИС Ж. Я. Котин и Н. Л. Духов - лауреаты Государственной премии, Герои Социалистического Труда, Государственными премиями и высокими правительственными наградами отмечен вдохновенный, самоотверженный труд конструкторов тяжелых танков: А. С. Ермолаева, Л. С. Трояпова, А. И. Благонравова и других. Челябинский Кировский завод - уральский Танкоград в годы войны стал четырежды орденоносным. Его трудовое знамя украсили ордена Ленина, Красного Знамени, Красной Звезды и орден Кутузова 1-й степени. Высокими наградами неоднократно отмечался героический труд коллективов и других танкостроительных предприятий страны.

Но лучшей наградой для танкостроителей были добрые вести с фронта, сознание, что их нелегкий труд помогал ковать победу над ненавистным врагом. Радовали и вдохновляли людей хорошие отзывы об их продукции, благодарность и теплые чувства фронтовиков.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







Пользовательского поиска




Рейтинг@Mail.ru

При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:

http://weapons-world.ru/ "Weapons-World.ru: Энциклопедия вооружения 'Мир оружия'"